Мы смотрим на смерть, нищету и страдания, как на наших злейших врагов. Но кто же не знает, что та самая смерть, которую одни зовут ужаснейшей из всех ужасных вещей, для других – единственное прибежище от тревог здешней жизни, высшее благо, источник нашей свободы, полное и окончательное высвобождение от всех бедствий? И в то время, как одни в страхе и трепете ожидают ее приближения, другие видят в ней больше радости, нежели в жизни. Ведь есть даже такие, которые сожалеют о доступности ее для каждого. Вот что говорил Лукиан: О, если бы, смерть, ты не отнимала жизни у трусов, о, если бы одной доблести дарила себе!